кегель карта поиск
Единая справочная служба:
пн—пт, 8:00—20:00
+7 (800) 775-05-82, +7 (495) 612-45-51
Справочная донорского отделения:
пн—пт, 9:00—16:00
+7 (495) 612-35-33

Интерес среди коллег вызвала тема соматических мутаций в кроветворных клетках у здоровых людей, и дальнейшая возможная эволюция клонов клеток, несущих эти мутации.

Тема соматических мутаций в генах, связанных с гематологическими заболеваниями и возникающих в нормальной популяции, стала поводом для дискуссии ученых НМИЦ гематологии.

Ранее старший научный сотрудник лаборатории молекулярной гематологии Юлия Сидорова представила коллегам доклад про молекулярно-генетические аспекты мониторинга минимальной остаточной болезни (МРБ) у пациентов с острым миелоидным лейкозом. В качестве примера приведены результаты исследования мутаций, характерных для онкогематологических заболеваний, в том числе мутаций гена DNMT3A. Затронута тема клонального гемопоэза как одного из факторов, предрасполагающих к развитию онкогематологических заболеваний. Суть клонального гемопоэза, его распространенность в популяции максимально подробно описана в статье канадских ученых «DNMT3A and TET2 dominate clonal hematopoiesis and demonstrate benign phenotypes and different genetic predispositions».

20210625a

Следует пояснить, что в норме гемопоэз — поликлональный, т. е. в популяции клеток крови человека в норме представлены потомки многих стволовых клеток. Клональный гемопоэз это состояние, при котором в костном мозге доминируют потомки одной стволовой клетки, что характерно для многих гематологических заболеваний. Один из выводов канадских ученых заключается в том, что клональный гемопоэз, не всегда явно свидетельствует об онкологическом заболевании, а может развиваться с возрастом и ассоциироваться с приобретенными мутациями в некоторых генах, связанных с острым миелоидным лейкозом.

Предполагается, что потомки мутировавшей стволовой клетки по тем или иным причинам получают селективные преимущества и постепенно вытесняют здоровые поликлональные клетки. Однако данные мутации не приводят к видимым клиническим отклонениям, хотя, вероятно, предрасполагают к развитию опухоли.

По мнению ученых это вызывает минимум два вопроса. Во-первых, почему некоторые люди с данными мутациями действительно с течением времени заболевают лейкозом, а другие нет? Во-вторых, почему клоны клеток с этими мутациями (особенно DNMT3A и TET2) возникают и начинают преобладать? Каковы механизмы селекции клонов клеток с этими мутациями?

Кандидат технических наук Сергей Михайлович Куликов, отдел которого занимается подготовкой, ведением и анализом данных клинических исследований и регистров, поднял вопрос, можно ли моноклональность вообще или моноклональность с данными мутациями рассматривать как болезнь, надо ли ей присваивать имя, код диагноза?

20210625b

— Само это состояние разве не болезнь, разве так не было с миелодиспластическим синдромом (МДС), который раньше рассматривался как предфаза лейкоза? У МДС даже сейчас пока нет своего кода в классификации болезней МКБ. Есть клон, вроде явно онкологии нет, но кроветворение ненормально. Может, уже на ранних стадиях есть клинические проявления: анемия, тромбоцитопения или коагулопатия?— спросил Сергей Михайлович Куликов.

— На самом деле, авторы упомянутой статьи пытались найти связь между клональным гемопоэзом и нарушениями в кроветворении. Анализировали отклонения лабораторных показателей, таких как уровень гемоглобина, число тромбоцитов, лейкоцитов. Но уверенно доказать связь клинических показателей с фактом моноклональности не смогли, т. е. внешне человек может быть совершенно здоров, но иметь этот клон. Приобретение мутаций — это последовательный этап. У части пациентов будут проявления, такие как тромбоцитопения или миелодиспластический синдром, у других — нет, но наличие мутаций точно можно считать началом процесса накопления мутаций и предвестником болезни,— отметила Юлия Сидорова.

20210625c

— Наши собственные исследования и данные пока не могут также однозначно определить точку, в которой особенности кроветворения переходят в патологическое состояния, болезнь,— сказал руководитель лаборатории, доктор биологических наук Андрей Борисович Судариков.

Дать однозначный ответ на вопрос, можно ли считать мутации в генах «болезнью до болезни», ученые пока не могут. Однако в этом направлении идут интенсивные фундаментальные и клинические исследования.